Проснувшись около 8 утра, мы приготовили еду и продолжили движение к истоку. Пройдя проходное озеро, сразу же свернули вправо, на один из
притоков Лены, и три часа пробирались по болотам, пока не вышли на перевал, где были три красивейших озера. Ребята расположились на берегу, и начали готовить обед. Я пошел прогуляться по окрестным местам. Вдали, метрах в 100 от меня, я заметил годовалого медвежонка. Я крикнул ребятам, и Кирилл успел его сфотографировать. Покушав, мы часок отдохнули в этом приятном месте. Вода в озере была тёплая, и я вдоволь наплавался в нём.
К вечеру, мы двинулись обратно к Байкалу. Идти вниз было значительно легче. Вдобавок, мы пошли по другой стороне распадка, и тропы там были более набитые и сухие. Уже на закате, прямо по курсу, метрах в 100 от нас, Кирилл опять заприметил косолапого. Он нас не видел. Я застучал ходильными палками друг о друга. Медведь встал на задние лапы, и
обратил взор на нас. Подумав несколько секунд, он отбежал метров на 10 назад в кусты, и опять уставился на нас. Его чёрные ушки торчали из кустов, выдавая его с головой. Потихоньку, мы стали продвигаться вперёд, в его сторону, пугая медведя своими громкими разговорами. Хищник не решился больше заявлять о своём присутствии. Пройдя еще с километр, мы стали на ночёвку. Ночевать на медвежьей территории было неуютно, Кириллу не спалось. Но все обошлось.
С утра мы уже спешили на метеостанцию, так как на следующий день теплоход “Ракета” шел в Иркутск, а мы надеялись на него попасть. По дороге встретили группу водников из восьми человек, которые шли с трещоткой,которой пугали медведей. Они сказали, что таким образом был уже обезврежен один косолапый, сидевший на дереве. Заслышав их, он свалился на землю и убежал.
Дойдя до желанного Байкала, каждый занялся любимым делом. Кирилл ловил рыбу, Стеганец мотал бинтом ноги, а я пошел к Шабурову и договорился, чтобы нас вывезли на озеро к месту, где будет проходить
Ракета. Утром, мы вырыли яму под туалет работникам метеостанции, в знак благодарности за теплый приём. Уже в 11 дня, с рюкзаками, мы собирались в катер Юры, который работал здесь же, чтобы пуститься в нем наперерез Ракете. Сначала, мы кружили невдалеке от берега, чтобы привлечь внимание желаемого судна. Затем выехали наперерез его курсу. Но “Ракета” явно игнорировала нас. Разочарованные, мы вернулись на метеостанцию. Практически сразу вернулся Сергей Шабуров на своей моторке. Оказалось, что он ехал на мыс Онхолой, от которого уже можно было добираться на машинах. Мы согласились ехать на его катере, тем более что особо выбора у нас и не было.
Уже через полтора часа езды, мы были во владениях инспектора Привалова, старейшего работника заповедника. Разбили лагерь на территории, и стали ждать машин, идущих в сторону Иркутска. Часа в три
дня, приехали два уазика типа “буханка”. Они привезли работников, идущих в заповедник для составления описания маршрута для туристов. Среди них были наши старые знакомые Люба и Надя. Незаметно пролетело время в беседах с работниками заповедника. Хочется сказать спасибо инспекторам Сергею и Александру, помогавшим нам не раз. А так же к инспектору Привалову, с пониманием отнесшемуся к нашей просьбе о получении разрешения на посещение заповедника.
Утром, мы прыгнули в машины, идущие обратно в Иркутск, и к вечеру были в 16 километрах от города, где закемпились на местной речушке. Но уже не было той первозданной природы, и уединенности с ней, которая осталась там, позади, в сердце материка Евразия, в Байкальской тайге.
На мысе Шартлай Дима умудрился оставить батарейки для фотоаппарата, поэтому ему пришлось вернуться на место ночёвки, от которого мы уже отдалились километра на два. Позже, он потерял уже вторую ложку, подаренную ему Кириллом. Так, с потерями, мы подошли к мысу Покойники. Кирилл реабилитировал себя как рыбак, и каждый день мы
получали пайку хариуса, вес которого порой достигал 800 грамм. В то время, как мы занимались обустройством лагеря и приготовления пищи, Дима наматывал или разматывал валенки из бинта, которые ему нравилось носить. Но, мало-помалу, страсти утихали, росла физическая подготовка, и осознание нахождения на природе придавало позитива участникам похода.
На мысе Покойники, я второй раз встретился с замечательной семьей Шабуровых, которые живут здесь порядка двадцати лет в гармонии с природой. Находясь у них в гостях, чувствуешь человеческое тепло и уют, поражаешься их гостеприимству, которое в наше время редко встречается в центральных регионах России. Сергей Шабуров объяснил, как мы можем пробраться с истоку Лены, и, отдохнув день на территории метеостанции, мы пошли к истоку великой русской реки.
За три с половиной часа забрались на перевал высотой 800 метров. Ребята немного подустали, поэтому, спустившись к Лене, мы начали готовить перекус. Чтобы закрыть пламя горелки от сильного ветра, я поставил ее в
котелок, прикрыв стеклотканью. Так мы согрели первую кружку, и поставили другую. Лежа на берегу, мы непринужденно вели беседу, как вдруг раздался хлопок, и ракетой ввысь взлетела тарелка, горелка, стеклоткань и кружка. Разорванный баллон и вздувшийся котелок лежали на месте взрыва. Чуть поодаль лежала кружка, и стеклоткань. Горелка улетела в реку, а тарелка была найдена Дмитрием аж в 20 метрах от стоянки.
Съев всухомятку колбасы с сухарями, мы пошли дальше по реке вверх. Ветки путали ноги, болота мочили носки, а гнус и комары сводили с ума. Нарастало желание вернуться обратно. Но, километров через 8, мы вышли к слиянию двух притоков Лены. В этом красивейшем месте бродили лоси и изюбры, которых мы наблюдали, а вдалеке, метрах в 200, Кирилл заметил переходящего реку медведя. Мы пошли по берегу дальше, и траектории нашего пути, и пути зверя пересеклись. Мы стояли друг против друга: медведь на утесе, затем я, в 25 метрах от него, и в трех метрах от меня Дима и Кирилл. Хищник не был напуган, чего не скажешь о части нашей группы. Дмитрий залепетал: отходим, назад! Но, если бы мы дали зверю понять, что боимся его, он бы наверняка воспринял бы нас как жертву и корм, и атаковал бы. Мы с
Кириллом твердо знали это, и отходить никуда не собирались. Вдобавок, Кирилл крепко держал в руках Стеганца, не давая ему отступить с поля возможного сражения. Опытный парашютист закричал: медведь, не трогай нас. Зверь, опешивший от такой отчаянной смелости, стал на дыбы, мотнул головой, так что его слюна разлетелась по ветру, и сокрушенно бросился с тропы в сторону леса. В несколько прыжков он скрылся из виду. А мы продолжили движение вверх по Лене. День клонился к закату. Лагерь разбили на поляне, покрытой ягелем. Вдали пылало зарево пожара – горел лес. Нас кусала мошка, ноги ныли от усталости, и мы спрятались в наши домики и заснули под монотонный писк комаров.
Команда состояла из трёх человек: промышленного альпиниста Дмитрия Стеганцова, желающего валяться на пляже, парашютиста со стажем Кирилла, любящего рыбалку, и меня, человека, ищущего трудные маршруты в этой жизни. Нам повезло, и всего за 10 тысяч рублей с человека, мы купили
авиабилеты из Воронежа до Иркутска с пересадкой в Москве. 6 апреля, в 11 утра мы выдвинулись в аэропорт. До него нас довез наш друг Александр Грибцов, заботливо давший нам в дорогу чехол от лыж. Его мы забили нашими вещами, так как разрешалось взять всего лишь 20 килограмм багажа, включая ручную кладь. Оказалось, что можно бесплатно вести так же 15 килограмм спортивного снаряжения, что и спасло нас от неминуемого перегруза. Женщина на регистрации была строга, и придиралась к каждому килограмму перевеса. Однако пассажиры, милиция, сотрудники компании Ютейр были на нашей стороне, и таким образом, в три часа дня, мы взлетели из Воронежа, и с пересадкой во Внуково, в 1:30 ночи по Москве и 6:30 иркутского времени, мягко приземлились на Байкальской земле.
Добродушный таксист подбросил нас до офиса Байкало-Ленского заповедника, где нам обещали выписать пропуск на вход. Предварительно, мы отправили по электронной почте на адрес этого заведения заявление с просьбой посещения этого нетронутого цивилизацией
природного места. Работники заповедника были добры к нам и отзывчивы: напоили чаем, накормили, и дали карту территории, охватывающей наш маршрут, а также много полезных советов. В офисе нам удалось оставить на хранение ненужные в походе вещи. Хочется сказать огромное спасибо работникам Наде, Люде, Лене, а также Олегу Берлову.
Налегке, мы закупили недостающую провизию, газ и за 500 рублей с человека доехали к Ольхонским воротам, недалеко от которых лежала развилка в сторону искомого места. Стопиться втроем с рюкзаками было неудобно, никто брать не хотел. Где-то перед Замой пришлось пройти пешком километров 25, прежде чем в этом населенном пункте добрый начальник национального парка согласился нас подвести на своей Ниве дальше, до Онгурена. Работники Байкальского национального парка накормили нас, дали переночевать в домике на берегу. Дай Бог им здоровья!
В Онгурене Кирилл усиленно спаивал и без того уже спившееся местное бурятское население, пытаясь таким образом заполучить расположение
людей к себе. В результате пьяные буряты довезли нас за 1000 рублей до Кочериково, где находилась граница с Байкало-Ленским заповедником. Инспектор Привалов выписал нам протоколы, пропустил с Богом к мысу Покойники. Там же, на мысе Онхолой, я встретил замечательного человека, который одев на ноги сорокалитровые фляги, переходил Байкал.
Мы же шли без фляг, но все равно очень медленно, и только на второй день пришли к мысу Шартлай. Дима набил себе множество мозолей и передвигался с трудом. Кирилл прогуливаясь ночью по окраине обрыва, свалился вниз, отделавшись только повреждением бороды и руки. Ко всему прочему, у Стеганцова появилась недобрая традиция терять каждый день какую-то вещь. Таким образом, он уже посеял коврик, термобелье и
ложку. Добрые работники национального парка подарили ему коврик взамен утраченного. Килограммы рыболовного снаряжения не помогали Кириллу ловить рыбу, которая плескалась здесь повсюду, а мы питались в основном рыбой, подаренной нам инспекторами и просто местными жителями.
Но были и позитивы в нашем походе. Дважды, мы увидели медведя. Один раз на подходе к мысу Рытый, и второй раз на ночевке в районе мыса Анютка. Дабы уберечь себя от медведя, Дмитрий Стеганцов перетащил через прижим собачонку по кличке Дина. Шел пятый день похода. Мы медленно продвигались к Покойникам.